Ещё немного о тонкостях медицинского перевода

Продолжаем тему с Андреем Владимировичем Кремковым, редактором сайта «Девятый вызов».

Несколько лет выписывал кое-что интересное о различиях в медицинской терминологии у нас и на Западе. Иногда различия в терминах показывают разницу в подходе к диагностике, лечению, организации здравоохранения.

Например, для emergency department (ED) или emergency room (ER) — полноценного русского эквивалента пока не существует, ближе всего «приемное отделение». А кое-где и «приемный покой».

Emergency и покой.

Но приемное отделение больше ассоциируется с местом, где пациент ждет, пока его «примут», оформят документы и положат, наконец, на койку профильного отделения. А вот emergency department, как мы знаем из научной и художественной литературы, а также теле- и кинофильмов,- место, где занимаются интенсивным лечением поступивших больных и пострадавших.

Конечно, оказывают экстренную помощь и в наших приемных отделениях, поэтому в некоторых больницах их стали называть «отделение экстренной медицинской помощи», что по смыслу намного ближе к emergency department.

Можно предположить, что более мощный догоспитальный этап в советском здравоохранении (врачебная служба скорой медицинской помощи, в отличие от англо-американских парамедиков) делает работу в приемном отделении более покойной, то есть спокойной. Пациенты поступают уже стабилизированные, с определенным обследованием, диагнозом и лечением, с каталками никто не бегает и тревожных лиц не делает.

Но в последнее время нормативная база отечественного здравоохранения, а за ней и терминология, сдвинулись в сторону англо-американской парадигмы экстренной медицины. «Стационарное отделение скорой медицинской помощи больницы» хоть звучит и громоздко, но функционально эквивалентно ED. Сам вдохновитель и инициатор этих изменений называет его для краткости эмердженси. Как прозорливы были переводчики популярного сериала «Скорая помощь», ведь в оригинале он ER, то есть «Приемник», но теперь все встало на свои места. Работает там emergency physician — специалист по оказанию помощи при всех видах неотложных состояний. Кто-то отправится домой после его лечения, а кто-то ляжет на специализированное отделение (для этого нужно заболеть как следует).

Что умеет emergency physician?

Навскидку из требований Медицинского центра Мичиганского университета.

Оротрахеальная интубация с миорелаксантами и без них, интубация в сознании, фиброоптическая интубация, установка надгортанных воздуховодов, ретроградная интубация по проводнику, пункционная и скальпельная крикотиреотомия, артроцентез, диагностический перитонеальный лаваж, интерпретация ЭКГ, экстренный перикардиоцентез, кардиоверсия, пункция артерии, установка ВЭКС, экстренная торакотомия, прямой и непрямой массаж сердца, СЛР, тампонада и прижигание при носовых кровотечениях, дренаж паратонзиллярных абсцессов, различные регионарные анестезии, катетеризация артерий и вен, в т.ч. центральных вен, прикроватный ультразвук, интерпретация простых лучевых исследований, предварительная оценка КТ и МРТ, люмбальная пункция, оказание помощи при естественных родах, эпизиотомия, перимортальное кесарево сечение, репозиция вывихов и переломов, экстренная торакостомия, управление вентиляторами, амбулаторная хирургия, оказание помощи при ожогах 3 степени и ниже.

Прием пациента в emergency department начинается с TRIAGE.

Triage довольно точно соответствует нашему понятию «медицинская сортировка». ее приходится проводить в полевых условиях (in the field) — на поле боя или на гражданке (civilian setting) при чрезвычайных ситуациях (mass casualty incidents, MCI), где на пострадавшего навесят, наклеят, привяжут, нарисуют или подсветят triage tag (сортировочную метку).

Triage совершенно точно начнется в emergency department, где обстановка всегда напоминает поле боя и трудится triage nurse вместо привычной нам просто медсестры или медрегистратора приемного отделения. Когда мы говорим «гипердиагностика», английские специалисты отмечают «over-triage»; при недооценке тяжести повреждений, наоборот, «under-triage». Сравнивая проникновение этого военного термина в гражданскую медицину, можно предположить большее влияние военной медицины на англо-американскую систему экстренной медицинской помощи.

Когда говорят victim, то есть «жертва», нам обычно сразу представляется наиболее печальный исход. Однако a victim of OHCA (Out-of-Hospital Cardiac Arrest), внебольничной остановки кровообращения, может стараниями очевидцев (bystanders) или непрофессиональных спасателей (lay rescuers) улучшить статистику survival rate (выживаемости), особенно если рядом есть AED (automatic external defibrillator), автоматический наружный дефибриллятор. Тогда скажут, что произошло ROSC (Return of Spontaneous Circulation), восстановление спонтанного кровообращения.

“У них” остановка сердца, буквально “сердечная остановка” — cardiac arrest, “у нас” на такой термин реаниматолог поморщится и предпочтет “остановка кровообращения”. Это же и наиболее близкий термин к нашей “клинической смерти”. В западной литературе вообще не погружаются в дебри танатологии, и стадийность в духе “преагония — агония — клиническая смерть — биологическая смерть” не очень популярна.

Реанимируют, кстати, у нас, а у них — ресусцитируют — resuscitate, что бы это ни значило. В понятие resuscitation входят не только мероприятия при клинической смерти, но и вообще интенсивная терапия при критических состояниях. У них там вообще не сильно заморачиваются с тяжестью состояния. Есть critical condition и все остальное. Unstable patient это понятно, бывает еще crashing patient — это когда his condition is rapidly deteriorating.

Victim говорят как про жертв внезапных заболеваний, так и несчастных случаев, а вот casualty — обычно про потери в военных действиях, а также авариях и катастрофах мирного времени, например, от GSW (Gunshot Wound), огнестрельное ранение, и MVA (Motor Vehicle Accident), ДТП (не попадите впросак, это еще и Manual Vacuum Aspiration). Но вообще обычно говорят попросту car crash. Причем в casualties попадают и безвозвратные потери, и санитарные, если пользоваться военно-медицинской терминологией. В Соединенном Королевстве, однако, Casualty Department — синоним ED.

О переводе термина TRAUMA и его производных в контексте оказания медицинской помощи.

Базируется на субъективных ощущениях от прочтения материалов по экстренной помощи и последующего прикладывания дюймовой линейки к нашим реалиям. Сама по себе trauma она травма и есть, тут и думать нечего. Но как только дело доходит до экстренной медицины, стоит обратить внимание на следующие нюансы.

Trauma surgeon это вы как бы перевели? В большинстве случаев вижу перевод «травматолог». Имейте в виду, что в России травматолог занимается в основном лечением механических повреждений костей, суставов и мышц. Trauma surgeon — это именно что хирург, специализирующийся на экстренном лечении повреждений. В идеале абдоминальный плюс торакальный плюс сосудистый хирург с минимальными навыками в травматологии и нейрохирургии. Скорее всего, и в комбустиологии тоже. Как перевести не знаю, нет у нас такого понятия, потому что это просто хороший экстренный хирург. А наш травматолог — это их orthopaedic surgeon, специалист менее экстренный и более узкий.

Trauma team — междисциплинарная бригада во главе с trauma surgeon, включает анестезиолога, анестезиста, сестринский персонал (trauma nurse, ну вы поняли, не сестра-травматологиня) может включать нейрохирурга, травматолога, рентгенолога, других узких специалистов.

Trauma unit — не травматологическое отделение. Ближе всего к нашим «отделениям сочетанной травмы». То есть противошоковая операционная плюс отделение интенсивной терапии. Где-то есть отдельная противошоковая палата для первичной стабилизации состояния. Можно ещё встретить термин trauma bay.

А вот trauma center прочно русифицировался и даже вошёл в документы отечественных организаторов здравоохранения в виде «травмоцентра». Это больница, где есть все специалисты и мощности для оказания помощи при травме.

Комментарии запрещены.

WordPress.com. Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: